СУТКИ ТРЕВОЖНОГО ОЖИДАНИЯ

 

 

Минск. Квартира. Тишина. Вторые сутки я провожу в призрачном полузабытьи. В таком состоянии невозможно разрушить возникший вокруг тебя кокон смутной тревоги, молчания, отгороженности от мира. Если бы этот момент снимать в кино, то кадры были бы обесцвеченными, крупным планом показана капля, зависшая на конце крана и все это сопровождается гремящей, напряженной, давящей тишиной. Ни звука, ни движения. Я смотрю на часы над дверью. Секундная стрелка нервически дергается. Мне кажется, что дергается неравномерно, иногда замирая на цифре восемь. Я слежу за ее ходом вот уже несколько кругов подряд. И каждый раз все равно вижу одно и то же: равномерный ход вниз с двенадцати до шести, потом разгон в гору и вот тридцать восемь секунд, тридцать девять… пауза. И после мгновения, в которое я задерживаю дыхание, ожидая, что стрелка замрет раз и навсегда, наступает сороковая секунда. И дальше стрелка движется с усилием, механизм часов дотягивает ее до цифры двенадцать и облегченно отпускает падать вниз.

Восемь часов. Я с усилием отвожу глаза от стрелки, тут же забывая про часы над дверью. Теперь я смотрю на экран компьютера. Вторые сутки цифра восемь для меня значит очень много. Именно в восемь часов я должна ждать звонка. Я не знаю, утром или вечером. Но знаю, что это будет в восемь. Квартира стала для меня камерой пыток. Привычные вещи, к которым я привыкла за много лет, вызывают судорогу при взгляде на них. Потому что я не могу понять, как они могли остаться прежними, когда я так сильно изменилась за последние сутки? Как могут быть такими привычными, когда меня съедает тревогой и ожиданием? Как они посмели остаться воспоминанием о прошлой жизни, когда прошлая жизнь для меня закончилась? В этот момент я ненавижу эти вещи, эту квартиру. Если бы могла, я бы уехала в ту же секунду. Но я снова смотрю на экран: девятнадцать часов сорок шесть минут. Еще четырнадцать минут пытки. Потом будет кризис и кокон тишины и тревоги станет чуть туже. Сколько я еще смогу выдержать? Я уже не помню, когда я в последний раз ела, квартира стала чужой, враждебной.  Сколько суток еще понадобиться мне для того, чтобы в этом коконе сойти с ума? Монитор гаснет, переходя в спящий режим. Оказывается, я не трогала компьютер уже полчаса. И в ставшем темном мониторе я вижу свое отражение. Встрепанная челка и кривая полубезумная усмешка.  Да, фильм с таким персонажем был по меньшей мере триллером. Или бессмысленным и беспощадным арт-хаусным нуаром. Впрочем, нужно собраться, скоро восемь.

Комментарии

Список комментариев пуст

Оставьте свой комментарий